Родился я в 1921 г., в 1939 г. окончил среднюю школу № 346 в г. Москве и поступил в Московский институт инженеров связи. В 1942 г. был призван в ряды Красной Армии, служил в основном в войсках связи и в конце 1945 г. был демобилизован.
С 1946 г. по 1950 г. учился в Московском электротехническом ин-ституте связи, который окончил по факультету проводной связи, и был направлен на работу в институт «Связьпроект», который затем стал Государственным институтом по изысканиям и проектированию соору-жений связи «Гипросвязь». В «Гипросвязи» работал инженером и ру-ководителем группы телеграфного отдела, заместителем начальника отдела междугородных телефонно-телеграфных станций и отдела стан-ционных сооружений.
В 1959 г. в «Гипросвязи» был организован отдел АТС, начальником которого я стал и работал им до 1963 г., когда был переведен в Цен-тральный научно-исследовательский институт связи (ЦНИИС).
В ЦНИИС организовал лабораторию по применению вычислитель¬ной техники в связи, которая затем была преобразована в научный отдел вычислительной техники.
В ЦНИИС работал, кроме этого, начальником научного отдела си-стем передачи данных.
В 1968 г., будучи начальником отдела вычислительной техники, был переведен в центральный аппарат Министерства связи СССР на долж¬ность главного инженера Технического управления, где и работаю по настоящее время.
Трудовая деятельность в связи началась в 1942 г. в Красной Армии, где я прошел практически все виды армейской связи в самых различ¬ных боевых условиях. Будучи телефонистом взвода связи в стрелковом батальоне и радистом батальонной радиосети на укв радиостанциях в мотомеханизированной бригаде, участвовал в боях, был два раза ранен.
Армия дала мне очень хорошую школу по связи, и после нее я не представлял себе уже другой работы, кроме как в этой области. По¬этому учеба в институте связи воспринималась мной как естественное продолжение выбранной жизни.
Среди студентов первых послевоенных лет (1946-1947 гг.) была значительная прослойка бывших фронтовиков, что создавало несколь¬ко своеобразную обстановку в институте.
Мы были старше, имели перерыв в учебе, исчисляемый годами войны. Приходилось заново втягиваться в учебный ритм. Поэтому на первых курсах было несколько тяжело, но с другой стороны мы бы¬стро сдружились (сказывалась армейская закваска). Простая товари¬щеская обстановка в группах – вот то первое воспоминание, которое осталось у меня от института.
По сути дела, заново оснащались многие лаборатории, в которые поступало новое оборудование, также как перевооружалась и связь в целом. Я довольно активно участвовал в этом процессе, так как, будучи еще студентом, работал старшим лаборантом лаборатории телеграфии. Помню с какой радостью мы получали, разбирали, изучали и монтировали станции тонального телеграфирования типа ВТ-34 и ВТ-40, специальные действующие макеты автоматических и ручных станций абонентского телеграфирования, комплекты аппаратов Бодо новых типов.
Две кафедры оказали наибольшее влияние на мою дальнейшую профилировку по связи. Прежде всего это кафедра телефонии, которую возглавлял тогда один из немногих в связи докторов технических наук Е. В. Китаев. Работали на кафедре и такие энтузиасты, как Е. К. Кузнецов и А. А. Капреев.
Е. К. Кузнецов организовал на кафедре секцию студенческого научно-технического общества. И вот восемь студентов направляются на практику в г. Загорск, где была установлена так называемая бесключевая ручная телефонная станция. Мы проводили специальное изучение ее работы с тем, чтобы определить судьбу такого типа станций. Работали мы по сменам, с увлечением. Результатом этой работы явился доклад на студенческой конференции.
Надо сказать, что наш период учебы характеризовался глубоким изучением схем телефонных станций (машинной и декадно-шаговой систем). Так и осталась у меня на всю жизнь привитая мне на кафедре телефонии МЭИС привязанность к этому виду связи.
Знание телефонии определило мне еще в институте и вторую мою будущую специализацию – телеграфию.
На кафедре телеграфии были получены первые пятиномерные автоматические станции абонентского телеграфа, и преподаватель кафедры В. В. Ермаков привлек меня к их изучению, составлению схем и подготовке лабораторных работ. А затем мне предложили работать па этой кафедре, старшим лаборантом. На кафедре телеграфии в то время были два больших энтузиаста своей специальности — В. В. Ермаков и А. И. Малышев. Они привлекли к телеграфии большую группу студентов, хотя в общем к телеграфии студенты относились более прохладно, чем к дальней связи и телефонии.
Большое значение имело также и наличие таких телеграфистов, как заведующий кафедрой П. А. Наумов, преподавателей С. Л. Чанцова, Б. А. Томашевского, С. Д. Игнатьева, людей исключительной человечности, замечательных специалистов.
На кафедру телеграфии тогда же была передана лаборатория фототелеграфии, и мне пришлось практически ее заново организовывать и приводить в порядок весь монтаж фототелеграфных аппаратов ЗФТ А-4 и ФТ-37.
Все это было хорошей школой для будущей работы.
Большую роль в формировании меня как инженера сыграли и многие другие преподаватели института. Хочется сказать о М. Г. Карама¬зове, заставившем понять вопросы организации эксплуатации, и Л. М. Соловейчике, привившем уважение к вопросам экономики, о И. И. Гродневе, показавшем теорию и значение кабельной техники, о Н. П. Шумилине, заставившем внимательно относиться к измеритель¬ной технике, о П. К. Акульшине и И. А. Кощееве, книга которых и лекции помогли нам освоить теорию связи, о А. П. Резвякове и Г. А. Бе¬недиктове, показавшим нам, что такое дальняя связь, и о многих других.
Говоря о МЭИС, нельзя не сказать об общественной и спортивной жизни, которая у меня, как и у многих моих товарищей, занимала много времени и без которой студенческая пора не имела бы необхо¬димой полноты. Тут были и свои радости, и огорчения.
Сразу же после прихода в институт группа энтузиастов начала восстанавливать секцию бокса. Но спортивный зал еще не работал, не было не только формы, но и в необходимом количестве спортивного инвентаря. Сейчас кажется смешным, но мы как дети радовались каж¬дой новой паре перчаток. Для ринга мы сами делали канаты, обматы¬вая их бинтами. Занимались мы на втором этаже вестибюля. Тренера не было, и на первых порах мне пришлось выступить в этой роли. И тем радостнее было для нас, когда вступил в строй наш замечательный физкультурный зал, когда появился тренер – известный мастер спорта Анатолий Грейнер, когда постепенно появился весь необходимый ин¬вентарь.
Хорошо работали у нас секции Осавиахима и затем ДОСААФ. В работе этих организаций я принимал участие, будучи председателем комитета ДОСААФ нашего факультета.
Институт много дал нам, время учебы незабываемо, и хочется по-желать нашему МЭИС, руководителям его, нашим учителям всего хорошего и в дальнейшем.
Leave a reply